Сожжённые деревни Монастырщинского района.

19.04.2023

Деревня Платково находилась в 5 км от деревни Любавичи Любавичской сельской администрации Монастырщинского района. С одной стороны деревни ее окружал лес, с другой протекала река Вихра. В деревне был крахмалопаточный завод, мельница, куда со всей округи привозили на лошадях молоть зерно, плотина, сделанная из прутьев, камней и всяких подручных средств. В деревне Платково проживало более 200 человек, в 50-ти домах.

Началась Великая отечественная война, всех мужчин призвали на фронт, в деревне остались женщины, старики и дети.

27 сентября 1943 года немцы на пароме перебрались со стороны деревни Крупец в деревню Баченки и двинулись в направлении деревни Платково.

В это раннее утро моя прабабушка Худащевская Ефросинья Трофимовна вышла на улицу и видит, со стороны мельницы пламя пожара. Она вошла в дом, и говорит своим дочерям Шуре и Ане, а также своей сестре и племяннику: «Не пугайтесь, горит деревня».

Они выбежали на улицу и видят, как немцы с факелами на лошадях верхом поджигают крыши домов.

Дом моей прабабушки находился на окраине деревни, и пока немцы подъехали к их дому, они успели вынести кое – какие вещи, скарб.

Немцы сожгли все дома, кроме одного – Федосеенковой Химы Семеновны (ныне покойной), сожгли мельницу, крахмалопаточный завод, жителей деревни не тронули.

По-видимому, они узнали, что в деревне есть завод, мельница, плотина и решили все это сжечь. Все жители ушли в овраги. Моя прабабушка с двумя дочерьми, сестрой и племянником больше суток сидели во рву.

Немцы ушли и через некоторое время появились партизаны. Потом все стали копать себе землянки.

Наступили холода, и люди вынуждены были проситься на постой к жителям деревни Войнино и деревни Шелеговка, где их и приютили.

Мою прабабушку и ее дочерей приютила Буракова Степанида, там они прожили до весны, а затем стали строить свой дом. На следующую зиму они перешли в него жить, но он еще был не достроен, т.е. без полов и без печи. Вместо печи была поставлена грубка (буржуйка).

После войны завод и мельница были  восстановлены.

Записано со слов Худащевского Виктора Трифоновича из рассказа его матери Худащевской Ефросиньи Трофимовны (ныне покойной).