Размер шрифта:
Цвета сайта:
Настройки:

Интервал между буквами (Кернинг):

Стандартный Средний Большой

Размер шрифта:

12 14 16

Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Монастырщинское межпоселенческое централизованное библиотечное объединение»
Версия для слабовидящих
8 (48148) 4-20-20

В бассейне реки Вихры

Уважаемые посетители сайта, предлагаем вашему вниманию книгу о Монастырщинском районе «В бассейне реки Вихры», изданную в 1993 и переизданную в 2008 году. Здесь мы публикуем предисловия к 1-му и 2-му изданиям и некоторые главы из книги. Более подробно с содержанием книги можно познакомиться во всех библиотеках района.

В бассейне реки Вихры. Очерки истории сел и деревень Монастырщинского района [Текст] /ред.-сост. профессор Г.Т. Рябков.- Смоленск: Смядынь, 1993.- 400 с.; 20 см.- ISBN 5-87210-229-9.

Книга рассказывает об истории сел и деревень Монастырщинского района. Написана она на свежем архивном материале. О многом из жизни различных слоев населения в этом западном уголке России рассказывается в подобной литературе впервые. Книга предназначается для учителей и тех, кого интересует прошлое и традиции родного края.

ПРЕДИСЛОВИЕ К 1-му ИЗДАНИЮ1993 г.

Бассейн реки Вихры составляет юго-западный уголок Смоленщины, где особенно интенсивно складывались и во всей своей полноте раскрывались трудовые, боевые и революционные традиции этого удивительного славного древнего края. В самом названии предлагаемой вниманию читателя книги выражена слитность и органическая взаимосвязь природных условий и истории Монастырщинского района как региона, которому она посвящена, хотя природным особенностям уделен только один первый очерк, а все остальные – в основном истории.

Книга полностью подтверждает слова русского историка Ивана Никитича Болтина: «Приуготовление к истории не менее есть важно и трудно, сколь и само ее сочинение». И это не случайно: волею исторических судеб Монастырщину долгое время обходил статут центра регионального управления, а отсюда – возможность создавать актовый материал, источники хозяйственной и иной деятельности поселений региона, центром которого она является теперь. Только в 1908 г. Монастырщина стала центром волости, а в 1929 г. – одноименного района. И все же в архивах сохранились документы, созданные в местных и центральных учреждениях Смоленского княжества (затем Московского государства), Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, проливающие свет на историю поселений бассейна Вихры. Выявление и обработка такого рода документов, их «приуготовление» к использованию в настоящей книге вызвало большие трудности. Без преувеличения можно сказать, что материал очерков собран по крупицам.

Состояние источников определило подход к характеру книги. Ее составитель и авторы вынуждены были отказаться от системного изложения в пользу очерков. Авторам удалось, однако, проследить все периоды истории регионов в их органической связи с историей всей России, раскрыть основные стороны жизнедеятельности поселений бассейна реки Вихры.

Древнейшим поселениям бассейна посвящен отдельный очерк, написанный на основе археологических источников профессором Е.А. Шмидтом. Из рассказа ученого, большого знатока древнерусских археологических памятников следует, что первые, надежно укрепленные, поселения в бассейне реки Вихры появились еще в середине и во второй половине первого тысячелетия до н.э. (городища у села Бохот на речке Городня, у села Большой Рай на речке Княгиня, у деревни Светлое на речке Упокой, у бывшей деревни Тригубово на берегу речки Молохва, у деревни Хотяны и некоторые другие). Площадки ряда городищ, возникнув до н.э., использовались, т.е. стали местами поселений и в древнерусское время (ХI XIII вв.). В прямой связи с ними находились и поселения, ставшие центрами первых волостей времени Древнерусского государства. Особо следует выделить среди них древнейшие волости на речках Молохве и Упокой. Деревня Молохово (Михнево), разделившая судьбу так называемых неперспективных сельских поселений и недавно сселенная, была волостью еще в Древнерусском государстве, стала в дальнейшем центром Молоховского стана, пути и повета того же названия. На археологической карте само Молохово отмечено курганом, а речка Молохва – несколькими городищами. Из центра древней волости таким же древним административным образованием (станом, путем) будущего Монастырщинского района стало село Максимовское. Близ него на реке Упокой отмечено древнее городище. В Максимовской волости отмечены древние поселения на Вихре – Погост (Архангельское), Городок, Хламово, на речке Дельна – сельцо Васильево.

Краснинский уезд, большая часть которого составила нынешний Монастырщинский район на площади 1513 квадратных километров, был в губернии приметен тем, что почвы в нем считались «весьма плодородны» и землеобрабатывание находилось «в лучшем виде», сеяли «предпочтительно» пшеницу и рожь. Уезд этот считался «магазейном» - житницей губернии. В поместьях Максимовское и Крапивна в середине XIX в. обобщался многовековой сельскохозяйственный опыт крестьян, широко освещенный в замечательном памятнике земледельческой культуры прошлого «Хозяйственный календарь» В.С. Храповицкого.

И.Н. Болтин высказал мысль, что природные условия влияли на нравы людей, а через них на законы, действовавшие в обществе. Регион был заселен с древнейших времен, когда в бассейне Вихры только начинало складываться производящее хозяйство. И первым поселениям посвящен отдельный очерк, основанный на археологических изысканиях.

Пограничное положение предопределило этому уголку Смоленщины важную роль во внешнеполитической жизни Российского государства. В порубежном селе Мигновичи в 1660-х годах размещался посольский стан России, велись переговоры и собирались посольские съезды, выдающийся дипломат А.Л. Ордин-Нащокин с достоинством защищал национальные интересы своей Родины. В деревне Андрусово в 1667 г. было подписано знаменитое Андрусовское перемирие. Местечко Кадино было в то время резиденцией посольства Речи Посполитой во главе с жемайтским старостой Юрием Глебовичем.

Порубежные «сторожи» постоянно находились на острие отражения нападения отрядов «литовских людей». В 1609-1611 гг. даточные люди Максимовского, Молоховского и Ивановского станов влились в войско боярина М.Б. Шеина, а многие их крестьяне, оставив свои деревни, ушли под защиту стен смоленской крепости, были активными участниками ее героической обороны или боролись с польскими отрядами у себя в деревнях.

Приток Вихры речка Городня на все времена вписала себя в русскую историю победоносным сражением русских войск с нашествием армии шведов в период Северной войны. На этой речке на Малой переправе, на полпути от Кадино до Мигнович, где разместился тогда штаб Петра I, в сентябре 1708 г. шведский король Карл XII потерпел поражение, явившееся прелюдией славной битвы под Полтавой.

В небольшой деревушке Мочулово, что на речке Дельня, тоже приток Вихры, в поместье дворянина Бориса Пестеля его совладелец Кречет сформировал в «грозу 1812 года» крестьянский партизанский отряд, который под предводительством солдата Степана Еременко прославился в борьбе с наполеоновскими мародерами. Боевые традиции далекого прошлого ярким пламенем вспыхнули в Великую Отечественную войну 1941 – 1945 гг.

В «великую весну девяностых годов XVIII в.» в поместье Смоляничи близ Монастырщины в семье его владельцев Петра Алексеевича Ермолова и Марии Денисовны Каховской была создана и действовала «Смоленская галера» - основа ранней преддекабристской организации Александра Михайловича Каховского и его брата по матери Алексея  Петровича Ермолова, а в сельце Васильево спустя два с половиной десятилетия – в 1824 г. вождь тайных обществ декабристов Павел Иванович Пестель будет обдумывать новые главы «Русской правды» - проекта новой российской Конституции.

В небольшом сельце Анненское, расположившемся на левом берегу Вихры, в 1856 г. дворовые люди, упоенные ненавистью к феодальной эксплуатации, составили заговор и убили своего помещика Платона Макалинского, а на правобережье Вихры сельцо Соболево стало местом ссылки видного общественного деятеля, революционного демократа, друга и соратника Н.Г. Чернышевского Николая Васильевича Шелгунова.

Поселения региона отозвались на революции 1905-1907 и 1917 гг.

Это только самый краткий перечень событий и имен, связанных с поселениями в бассейне красавицы Вихры, составивший конву очерков настоящей книги.

В год образования Монатсырщинского района наряду с Монастырщинской волостью в его состав вошли сначала Любавичская, Бохотская и Досуговская волости, а спустя год был включен и Высокинский сельсовет, входивший в состав Краснинского района. В течение 1931-1932 гг. четыре сельсовета (Герченский, Лаптевский, Плотниковский и Санниковский) отошли к Смоленскому району, а Иванютковский сельсовет – к Краснинскому.

В условиях характерных для первых лет Советской власти, антирелигиозных и идеологических веяний, название района пришлось его руководству не по душе. Трижды делались попытки изменить его.

Первую попытку сделал в этом направлении Второй районный съезд Советов в январе 1931 г. Он принял решение переименовать Монастырщинский район «в район имени Всесоюзного старосты – Калининский», о чем и ходатайствовал перед облисполкомом и Президиумом ВЦИК. Съезд исходил из того, что настоящее наименование районного центра связано будто бы с наличием в данном месте в свое время двух культовых зданий – костела и монастыря, «что в корне не соответствует настоящему социалистическому строительству».

В мае того же года Президиум райисполкома возбудил ходатайство перед Президиумом исполкома Западной области о переименовании Монастырщинского района в Вихровский. Назвав ту же причину, райисполком мотивировал свое решение тем, что «Монастырщина расположена на большой реке Вихра, которая пересекает весь район и имеет громадное хозяйственное значение».

Наконец сказал свое слово райком партии. Он ходатайствовал перед обкомом партии о переименовании Монастырщинского района в Ракитовский в честь тогдашнего председателя облисполкома Г.Д. Ракитова. К счастью, не одна из попыток реализована не была.

В 1929 г. в районе насчитывалось 398 населенных пунктов, в которых проживало 90 337 человек, в том числе 3178 евреев, 1078 белорусов, 30 латышей, 62 поляка и представителей других национальностей. Территория района была разделена на 45 сельсоветов. Жители района занимались исключительно сельским хозяйством, в котором преобладало молочно-зерновое направление.

Богатое историческое прошлое района, события и дела более близкого времени, и сегодняшний день тружеников района обстоятельно рассматриваются впервые. В основу очерков книги положены археологические материалы, архивные документы и опубликованные источники. Книгу написали: доктор исторических наук, профессор Е.А. Шмидт – автор очерка «Прошлое Монастырщинского района», доктор исторических наук, профессор Г.Т. Рябков - автор предисловия и очерков «Магазейн губернии», «Топонимические загадки», «В водовороте русско-литовских отношений», «Перемирные годы и порубежные невзгоды», «В уделе московского царя и во власти новых феодалов», «Колесниковские повстанцы», «Посольский стан в Мигновичах», «Большая победа на малой переправе», «Барские усадьбы XVIII столетия», «Смоляничская «галера», «В грозу двенадцатого года», «Васильево во владении Пестелей», «Помещичья экономия в последние десятилетия крепостного права», «Как жили и боролись крепостные крестьяне», «В преддверии отмены крепостного права», «В Сибирь за счастливой долей», «Уроженцы района – Герои Советского Союза», «Погасли огни 42 деревень». При участии кандидата исторических наук, доцента А.А. Ильюхова и Д.М. Терещенкова профессор Г.Т. Рябков написал очерки «…В коммуне остановка», «В горниле сплошной коллективизации», «Возродили порушенное врагом». Доктор исторических наук, профессор Д.И. Будаев – автор очерков «Освобождение», «Как жили крестьяне после освобождения», «Борьба за землю, против помещиков», «Смоленская ссылка писателей-демократов Н.В. Шелгунова и М.К. Цебриковой». Старший преподаватель Л.В. Котов написал очерки «Испытание войной» и «Народные мстители», кандидат  исторических наук, доцент А.Н. Куксин – очерк «Сегодня и завтра». Послесловие и приложения – состовителя, редактора книги профессора Г.Т. Рябкова.

Основной автор книги Г.Т. Рябков начал изыскания в архивах в конце 40-х годов. С тех пор названия некоторых архивов изменились, кое-где переделаны описи фондов. Автор не смог перепроверить ссылки на архивные документы, дать им новые обозначения.

В бассейне реки Вихры. Очерки истории сел и деревень Монастырщинского района Смоленской области [Текст] /ред. и сост. кандидат историч. наук, доцент А.Н. Куксин.- 2-е изд., доп.- Смоленск: Смядынь, 2008.- 488 с.; 20 см.- ISBN 978-5-87210-227-4.

ПРЕДИСЛОВИЕ КО 2-му ИЗДАНИЮ 2008 г.

Первое издание книги «В бассейне реки Вихры» /Очерки сел и деревень Монастырщинского района /под редакцией Г.Т. Рябкова вышло в 1993 г., оказалось широко востребованным и вскоре стало библиографической редкостью. Это явилось первой и основной мотивацией переиздания книги.

Во-вторых, за прошедший период был ликвидирован социалистический общественно-политический строй в стране, что повлекло коренные изменения уклада жизни сел и деревень, была перевернута судьбоносная страница их истории.

Администрация Монастырщинско района обратилась в ректорат Смоленского государственного университета с просьбой оказать помощь в подготовке 2-го, дополнительного, издания «В бассейне реки Вихры».

Проректор по науке СмолГУ Л.А. Кузьмин определил, что составителем и редактором 2-го издания книги будет кандидат исторических наук, уроженец Монастырщинского района, доцент кафедры истории и права университета Куксин Алексей Никифорович. Работа началась. Ее итогом и стало 2-е, дополненное, издание книги.

Очерки к дополненному изданию написали:

Куксин Алексей Никифорович – кандидат исторических наук, доцент – очерк «Ликвидация колхозно-совхозной системы. Земля – крестьянам: как, кому, сколько?».

Маймусов Дмитрий Федосович – доктор сельскохозяйственных наук, профессор, Академик Российской Академии естествознания, заслуженный работник высшей школы, заслуженный деятель науки и образования – очерк «Природные обособления бассейна».

Ефременков Михаил Семенович – кандидат филологических наук, заведующий литературным музеем, доцент СмолГУ – очерк «Монастырщина - край песенный».

Новикова Нина Никитична – старший преподаватель кафедры русского языка СмолГУ – очерк «Говор Монастырщинского района»

Семенков Иван Павлович – фотограф (Монастырщина).

ДЫХАНИЕ ДАЛЕКИХ ЛЕТ.
ПРОШЛОЕ МОНАСТЫРЩИНСКОГО РАЙОНА.
 

Заселение территории Монастырщинского района Смоленской области произошло в весьма отдаленные времена. Тогда люди не знали письменности, поэтому составить представление об их жизни можно только на основе их вещественных остатков, сохранившихся в земле. Таковы будут: места древних поселений и погребений, различные сооружения и отдельные предметы. Все они являются вещественными источниками и называются в науке археологическими памятниками. В пределах Монастырщинского района до наших дней сохранилось значительное количество древних укрепленных поселений, называемых городищами и городками, неукрепленных поселений, называемых стоянками и селищами, других погребальных сооружений – курганов и могильников и т.п. Все эти археологические памятники являются ценнейшими свидетельствами о далеком прошлом нашего народа. Необходимо бережно относиться и сохранять это культурное наследие. Существующие законы нашей страны поставили под охрану государства все археологические памятники и строго карают за их разрушение и уничтожение.

Современная наука установила, что человек выделился из мира животных около 3 млн. лет тому назад. Процесс его становления в те отдаленные времена происходил в Южных широтах Африки и Азии, поэтому следов пребывания самых древних людей в Верхнем Поднепровье, включая и Монастырщинский район, нет. В последующем, несколько десятков тысяч лет тому назад, поверхность Смоленщины неоднократно покрывалась мощными ледниками и пребывание здесь человека, как и других живых существ, вообще было невозможно. Однако, в те периоды, когда ледник отступал на север, и наступали так называемые межледниковые периоды с теплым климатом, человек мог продвигаться с юга на север, достигая пространства Верхнего Поднепровья. В это время в Посожье и в бассейне р. Вихры обитали такие животные, как мамонт и шерстистый носорог, кости которых иногда находят при земляных работах, но следов пребывания людей этого времени пока не обнаружено.

В конце ледниковой эпохи прошло потепление климата, и около 12 тысяч лет тому назад территория Смоленщины освободилась ото льда. Стали формироваться растительность и животный мир, близкие к современным. Человек вслед за отступавшим ледником начал заселять северную половину Восточной Европы. Имеющиеся археологические  материалы дают полное основание считать, что не менее 10 тысяч лет тому назад люди появились и начали обживать территорию Смоленщины. На высоких берегах р. Вихры, ниже устья р. Городни, встречается обработанный и расколотый камень, подтверждающий появление здесь коллективов бродячих охотников и рыболовов так называемого мезолитического времени.

Более 6 тысяч лет тому назад изменился характер трудовой деятельности людей: освоили изготовление глиняной посуды, появились крупные рубящие орудия (топоры, тесла, долота), сделанные при помощи новой технологии обработки камня (полирование, сверление). Было освоено ткачество, стали возводиться деревянные бревенчатые дома, изготавливаться лодки, лыжи и т.д. Места поселения людей этого времени на берегах р. Вихры также засвидетельствованы находками у деревень Соболево и Доброселье. В эту эпоху, называемую неолитической, люди стали сооружать более долговременные поселения в местах, удобных для рыбной ловли и охоты.

На рубеже III и II тысячелетий до н.э. наступает период перехода к веку металлов. Сюда начинают проникать вверх по Днепру и Сожу и по их притокам племена, занимающиеся скотоводством и земледелием, т. е. ведущие производящее хозяйство. Человек начинает активно воздействовать на природную среду, и формируются первые небольшие очаги культурного ландшафта. Отрезок времени от рубежа III и II тыс. до н.э. и до начала I тыс. до н. э.  получил название бронзового века, поскольку основными металлами, используемыми для изготовления орудий, была медь и сплавы на ее основе – бронза. Так как металла было мало, то почти все орудия делались еще из камня и кости. К настоящему времени поселений бронзового века в пределах Монастырщинского района пока не обнаружено, но находки отдельных предметов у деревень Кузовлево, Бритово и Татарск говорят, что люди этого времени здесь обитали.

После VIII века до н.э. в пределах Смоленской области начало распространяться железо, которое по своим качествам намного превосходило камень, медь и бронзу. Железный топор позволил вырубать значительные участки леса и расчищать их под пашни, делать пригодными под пастбища большие участки пойм рек. Люди стали жить оседло, и основными занятиями уже являлись подсечно-огневое земледелие и скотоводство. Значительно увеличилась производительность труда, в результате чего появился прибавочный продукт, и происходило его накопление у отдельных родовых коллективов в виде зерна, скота, орудий труда, сырья и т. п., т. е. накопление богатства. Богатство требовало защиты от посягательства соседа, что повело к возведению укреплений вокруг поселений. Такие родовые укрепленные поселения, называемые городищами, возникают во многих местах Монастырщинского района по берегам р. Вихры и на ее притоках. Как правило, они не велики по своим размерам. Их площадка, на которой располагались жилые, хозяйственные и производственные сооружения, в среднем имела площадь около 1000 кв.м. Она защищена, как минимум, мощным земляным валом, перед которым был глубокий ров, а на валу дополнительно устанавливались деревянные стены или городни из бревен. На многих городищах были два кольцевых вала и рвы перед ними. Судя по целиком раскопанным городищам в пределах Смоленщины на площадке были 5-6 больших домов наземной столбово-кольцевой конструкции, предназначенных под жилища. В центре таких домов находился наземный очаг овальной формы. Хозяйственные постройки очагов не имели. По периметру поселка с внутренней стороны вала располагались навесы и помещения для скота. Все население такого поселка в среднем составляло 50-60  человек взрослых (мужчин и женщин). Этот родовой  патриархальный коллектив вел еще неразделенное комплексное хозяйство, основой которого были земледелие и скотоводство, но подсобную роль играли охота, рыбная ловля и собирательство. Племена раннего периода железного века, обитавшие в пределах Смоленщины, получили в науке условное название «днепро-двинских» племен. Их собственное самоназвание до наших дней не сохранилось. Однако названия рек: Мерея, Упа, Лупа, Ректа и др., воспринятые славянами от предшествующего населения, дают основание считать, что жители древних городищ говорили на диалектах, близких современным прибалтийским языкам.

Как выяснилось в результате археологических исследований, на территории Монастырщинского района наиболее древними поселениями днепро-двинских племен были городища у современных деревень Рай, Бохот, Канарщина и у бывшей деревни Тригубово, возникшие еще до середины I тыс. до н.э., а жизнь на них с некоторыми перерывами продолжалась до первых веков н.э. Это не исключает, что в результате дальнейших археологических исследований и на некоторых других городищах будут открыты следы жизни самого древнего времени. Во второй половине I тыс. до н.э., но не позднее рубежа эр, были освоены новые пространства вдоль небольших рек и количество укрепленных поселений заметно увеличилось. В этот период возникли городища у деревень Хотяны, Назимки, Мощиново, Егорье и Березняки, а может быть, и некоторые другие. Увеличились пространства, окультуренные человеком, заложено начало формирования культурного ландшафта на значительных участках, преимущественно вдоль рек.

На городище у деревни Буяново в соседнем Краснинском районе при изучении слоя пожарища получены конкретные сведения о земледелии во второй половине I тыс. до н.э. Обнаружено большое количество обуглившегося зерна, среди которого есть два сорта пшеницы, ячмень и просо, т.е. такие зерновые культуры, которые выращивались преимущественно как яровые, что в целом и характерно для подсечно-огневой системы земледелия того времени. Судя по проведенному радиокарбонному анализу угля из слоя пожарища, дата обуглившегося зерна определяется как 299 год до н.э. ± 40 лет. Совершенно одинаковый керамический материал и набор других вещей как на городище Буяново, так и на городищах Рай и Бохот дают основание считать, что и в пределах Монастырщинского района на рубеже IV и III веков до н.э. пшеница, ячмень и просо широко культивировались. На городище Рай, Бохот, Кислое и Тригубово найдены остатки костей домашних животных и установлено, что домашние животные составляли основу мясного питания населения. В I тыс. до н.э. разводили крупный рогатый скот, мелкий рогатый скот (овцы, козы), свиней и лошадей. Кроме того в хозяйстве были и собаки. Таким образом, уже до нашей эры местное население разводило все основные виды домашних животных. По материалам других городищ Смоленщины видно, что главное место в стаде отводилось крупному рогатому скоту и свиньям. Обнаруженные остатки костей показывают, что охота имела только подсобное значение в питании населения. В этих целях добывали тура, лосей, оленей, косуль, медведей, кабанов, бобров, зайцев и некоторые виды птиц. Велась также охота и на пушных зверей, мясо которых несъедобно (куница, хорь, белка). Кости рыб не так многочисленны, и сохранность их плохая, что затрудняет определять видовой состав вылавливавшихся рыб. Собирательство имело ограниченное значение. Найдена только скорлупа лесных орехов – лещины, но, без сомнения собирали и грибы и ягоды. Жители городищ занимались домашними ремеслами. Особо важным и в то же время трудным делом было получение железа их местных болотных руд. Сначала болотную руду обогощали: мололи, промывали, чтобы удалить ненужные примеси, и сушили. Одновременно заготавливали большое количество древесного угля. Затем в специальных глиняных печах-домницах при температуре около 1000 градусов получали чистое железо в виде рыхлого комка, называемого крицей. Железо в домнице не плавилось, а происходило его восстановление из руды (окиси железа) в твердом (несколько напоминающем тестообразное) состоянии. Далее еще горячую железную крицу уплотняли молотом на наковальне. Весь этот процесс, в отличиие от современного способа получения железа, называют кричным или сыродутным. Изготовление орудий труда и других предметов  производилось из железа только кузнечным способом. В кузницах (особых сооружениях на городищах) изготавливали такие орудия труда, как топоры, серпы, ножи, шилья, иглы, наконечники стрел и т. п., некоторые украшения: браслеты, перстни, булавки. О местной металлургии и кузнечном деле на городищах Монастырщинского района свидетельствуют находки самих изделий своеобразных форм. Традиционно имела место обработка меди и бронзы как путем литья в глиняных и каменных формах, так и путем горячей и холодной ковки. Медь и бронзу получали в результате обмена от других племен. Из этих материалов делали преимущественно украшения: шейные гривны, пекторали, браслеты, перстни, серьги, булавки, подвески, бусы и т.п., но известны находки также медных шильев и иголок.

Местная глина широко использовалась жителями городищ для производства посуды и других нужд. Глиняная посуда изготавливалась женщинами вручную. Глиняная масса специально подготавливалась: к жирной глине добавляли толченый гранит (дресва) или кварцевый песок в качестве отощающей добавки, что должно было предохранить изделие от растрескивания во время сушки. Из этой приготовленной массы делали ленты, а путем кольцевого наложения лент, начиная от днища, формовали сосуды. Их сушили, а затем обжигали в кострах или на обычных домашних очагах. Изготавливали преимущественно горшки разных размеров и миски. Как правило, приглаженные стенки сосудов не украшались каким-либо орнаментом, поэтому глиняную посуду днепро-двинских племен называют гладкостенной, слабопрофилированной и неорнаментированной в отличие от посуды соседних племен. Из глины изготавливались также грузики и пряслица, использовавшиеся в прядении и ткачестве, глиняные грузила для рыболовных сетей, глиняные литейные формы. Глина служила материалом для сооружения домниц и специальных жертвенников.

Большую роль играла обработка кости. Из нее, используя разные приемы, изготовляли наконечники стрел, гарпуны, мотыги, тупики, струги, острия, шилья, иглы, рукояти для железных серпов, ножей и других орудий, булавки, пордвески и пр. При этом до середины I тыс. до н.э., пока железа было мало, костяные орудия играли особо важную роль. Камень как сырье и его обработка имели место только для изготовления зернотерок, пестов, терочников и точильных брусков.

Среди ремесел следует отметить прядение и ткачество. Использовалось местное сырье, и не только шерсть овец и коз, но и растительные волокна как культурных растений (лен и конопля), так и диких – лыко, крапива и др. Важным производством была обработка дерева. Раскопки городищ свидетельствуют о строительстве наземных деревянных домов, хозяйственных и производственных построек, оборонительных стен. Из дерева изготавливались лодки, корыта, ступы, различная посуда и другие поделки.

В целом население городищ раннего железного века в I тыс. до н.э. вело сложное комплексное  хозяйство, основой которого были земледелие и скотоводство при второстепенной роли охоты, рыболовства и собирательства, использовавших местные естественные богатства, и при сравнительно высоком уровне развития домашних ремесел.

В первых веках н. э. в пределы смоленского Поднепровья, включая и Монастырщинский район, стали проникать группы населения так называемой зарубинецкой археологической культуры. Эти племена большинством современных исследователей считаются древнейшими славянами в Восточной Европе. Пока не совсем ясно, смогло ли население зарубинецкой культуры закрепиться в смоленском Поднепровье или оно было ассимилировано местными балтскими племенами днепро-двинской культуры. Другими словами, еще не совсем ясна судьба этой первой волны расселения вплоть до верховьев Днепра. Однако влияние зарубинецкой культуры на местные племена, включая и бассейн р. Вихры и ее притоков, прослеживается довольно четко. Здесь появляются новые формы глиняной посуды, имеющие значительную профилировку в ее верхней трети. Часть сосудов по плечику и венчику украшались орнаментом в виде защипов, оттисков ногтя и насечек. Изготавливаются вновь появившиеся формы реберчатых мисок. Распространяется лощение поверхности сосудов. Одновременно начинают бытовать бронзовые фибулы и некоторые типы вещей, характерные для более южных районов Поднепровья, в том числе и для территории расселения зарубинецких племен.

В результате передвижения зарубинецких племен на север Поднепровья, под их давлением происходит перемещение и внутри местных балтских племен. Так, с правобережья Днепра на левобережье, включая р. Вихру, проникают группы племен так называемой штрихованной керамики. Их пребывание или влияние засвидетельствовано на городищах у деревень Егорье, Тригубово, Канарщина, Бохот, Рай. Но это пришлое население не образовало подавляющего большинства и слилось с местным населением, а их культурные особенности постепенно исчезли.

К середине I тыс. до н. э., когда началось великое переселение народов на юге Европейской части бывшего СССР, оказавшее влияние и на Верхнее Поднепровье, в пределах Смоленщины формируется новая общность племен на основе местного населения - потомков носителей днепро-двинской культуры, назывыаемая племенами тушемлинской культуры. Название дано по первому, хорошо изученному городищу – святилищу на р. Сож в соседнем Починковском районе. Население тушемлинской культуры жило на открытых, неукрепленных поселениях (селищах). Примером может служить селище у бывшей деревни Петрополье, неподалеку от впадения р. Городня в р. Вихру. Но на случай опасности сооружались особые убежища. Таковое, например, находится рядом с селищем на берегу р. Вихры у Петрополья. Под устройство некоторых убежищ использовались земляные укрепления (валы и рвы) более древних городищ днепро-двинской культуры (Кислое, Рай). В архиологической литературе такие убежища получили название «городищ-убежищ». Некоторые из таких убежищ были родовыми или племенными центрами, и на них тогда устраивалось особое святилище в виде кругового сооружения из вертикально поставленных столбиков, в центре которого стояло деревянное изображение божества. Такие убежиша называются «городищами-святилищами». Из-за слабой изученности городищ Монастырщинского района, определить, которые из них являются святилищами, пока нет оснований. Население этого времени своих умерших сжигало на кострах, и остатки кремации  помещало либо в глиняную, либо в деревянную урну и хоронило в небольших округлых ямках, над которыми не возводили больших насыпей, а заравнивали их на уровне почвы. Не исключено, что над погребением были какие-то деревянные знаки, но следы таких сооружений до наших дней не сохранились. Такие погребения в науке  получили название могильников тушемлинской культуры.

Судя по материалам раскопак селищ, городищ-убежищ и городищ-святилищ в соседних Починсковском и Смоленском  районах, население тушемлинской культуры основными занятиями имело земледелие и скотоводство. В этих отраслях производящего хозяйства заметны прогрессивные изменения: в посевах используются  не только пшеница, ячмень и просо, но уже широко культивируется рожь, овес и кормовые бобы. Лошади используются не только как тягловая сила, но и для верховой езды, в том числе и для военных целей, о чем свидетельствуют находки снаряжения всадника и воина «шпоры, удила, металлические элементы узды и оружие». Значительная часть городищ-убежищ тушемлинской культуры  погибла в огне в ходе каких-то военных столкновений, что и позволило археолагам в результате раскопок получить разнообразные вещественные материалы, включая и обуглившееся зерно уже упомянутых сельскохозяйственных культур. Тушемлинские племена, видимо, сохраняли особенности своей культуры до XIII века н.э.

В XIII веке в пределы рассматриваемого района проникают новые группы населения: с запада из бассейнов рек Западной Двины и Немана – балты, с юга и юго-востока – славяне – преимущественно носители роменской археологической культуры. Начинается процесс формирования новых общностей. В смоленском течении Днепра и в верховьях Вихры образуется так называемая культура смоленских длинных курганов. Племена этой культуры сохранили свои особенности с VIII века до начала X века. Население, оставившее длинные курганы, жило на открытых поселениях – селищах, которые обычно располагались на пологих песчаных склонах к рекам. Поселки были небольшими и состояли из деревянных наземных домов, стены которых иногда обмазывались глиной. Около домов были хозяйственные постройки и ямы-погреба. Непосредственно на поселениях обнаружены следы железоделательного производства (горны, шлаки и руда). В жилых домах были глиняные печи, имевшие под и свод, но топились они по-черному. Найденные предметы, изготовленные из железа, бронзы и глины, свидетельствуют о наличии развитого домашнего производства. Есть достаточно материалов, подтверждающих дальние торговые связи с греческими городами в Причерноморье, с Прибалтикой и арабами Средней Азии (бусы из стекла и полудрагоценных камней, фибулы из бронзы и серебра и пр.). Население своих умерших сжигало, а над остатками кремации возводили земляные насыпи, имевшие удлиненную или длинную форму, напоминавшую валообразный холм. Обряд погребения включал не только сожжение умершего, но вместе с ним и некоторых животных (лошадь, медведь и др.) Вещи, найденные в остатках кремации, включают разнообразные украшения прибалтийских типов (шейные гривны, стеклянные бусы, спиральные браслеты, височные кольца, подвески и пр.). Однако форма глиняных сосудов-урн и их орнаментация напоминает таковые из славянских памятников роменской культуры среднего Подесенья. Видимо, в этот период из разных этнических групп (славянских и балтских) формируется союз племен, занимавший большие пространства верхних течений Днепра, Западной Двины и Волги (включая верховье р. Вихры), известный под именем «кривичи», с которым в настоящее время и увязывают упомянутые выше длинные курганы. В южной части Монастырщинского района следов пребывания населения, оставившего длинные курганы, пока не обнаружено. Здесь от VIII-IX вв. сохранились другие погребальные памятники в виде круглых курганов, которые увязывают с периодом ранних памятников славян-радимичей.

В X веке произошел новый приток на Смоленщину славянского населения, а вместе с тем завершается процесс ассимиляции славянами балтского населения, входившего в состав племенного объединения кривичей. Таким образом, с XI века кривичи, видимо, представляют собой славяноязычное население. Памятниками Х века следует считать группу курганов формы сегмента шара у бывшей деревни Петрополье. При раскопках в них обнаружены остатки кремаций в виде перегоревших, кальцинированных косточек, а также поврежденные огнем сопровождавшие умершего вещи (железный нож, стеклянные бусы желтого цвета, обломки бронзовых украшений, раздавленная землей глиняная урна).

Начиная с XI века, происходит широкое освоение Смоленщины славянским земледельческим населением. Возникают многочисленные сельские поселения типа современных деревень на берегу р. Вихры и ее притоках. Вырубаются значительные участки леса под пашни, расчищается пойма р. Вихры под луга, пастбища и выгоны. Начинает формироваться настоящий окультуренный сельскохозяйственный ландшафт. Этому в значительной степени способствовала смена системы земледелия, т. е. совершился переход от подсечно-огневой и переложной системы к трехполью.

В общественных отношениях происходят также значительные изменения: идет быстрый процесс феодализации. Возникают нового типа поселения – укрепленные феодальные усадьбы. При их устройстве в конце XI-XII вв. часто используются земляные крепления древних городищ, на которых возводятся новые деревянные оборонительные сооружения в виде тына или городни с башнями. Таковы являются городища у деревень Рай и Тригубово. К настоящему времени феодальные усадьбы в пределах Монастырщинского района не подвергались детальным раскопкам, поэтому дать описание их внутренней планировки пока нет оснований. Но подобные феодальные усадьбы целиком раскопаны в Смоленском и Глинковском районах. В это же время возникают и более значительные поселения – сосредоточение ремесла, торговли и административной власти – древнерусские города. Можно предполагать, что таким городом в Монастырщинском районе был Васильев. Точное его местонахождение пока не определено. Из древних документов известно, что был он где-то южнее Смоленска. Было выдвинуто предположение, что с ним связано небольшое городище у деревни Васильево. Однако по своим размерам и характеру укреплений оно не соответствует сооружениям древнерусских городов. Возможно, город Васильев был в трех километах от деревни Васильево на берегу реки Вихры, на территории деревни Городок. К сожалению, в результате строительства помещичьей усадьбы в XVIII веке весь участок со всеми земляными сооружениями был снивелирован, поэтому сказать что-либо конкретное о сооружениях, планировке и времени существования этого города нет оснований, а говорить о том, что он был на этом месте, можно только предположительно.

В XI-XIII вв. происходят также большие перемены в области культуры и религии. После принятия христианства, начиная с XI века, постепенно меняется погребальный обряд: прекращается сжигание умерших и происходит переход к обряду трупоположения, но с сохранением курганной насыпи. В таких погребальных памятниках сочетаются две обрядности. С язычеством связано насыпание кургана – своебразного домика мертвых, помещение вместе с умершим пищи, различных предметов и украшений, выжигание места погребения и положение умершего на выженной поверхности. С христианством – трупоположение, ориентировка умершего головой к западу, помещение скрещенных рук на груди. Такие особенности были прослежены при раскопках курганов в деревье Васильево. В основании кургана обнаружены остатки скелета женщины. На шее и груди было ожерелье из стеклянных бус и подвесок, среди которых находился диргем – арабская серебряная монета конца X начала XI века. Рядом стоял глиняный сосуд, в котором была, видимо, пища. Установить особенности сооружения курганной насыпи не удалось, так как курганы в деревне Васильево использовались в качестве места погребений вторично в XVI-XVII вв., где в захоронениях найдены польские монеты того времени.

В XII веке языческие обрядности постепенно заменяются христианскими, а в начале XIII века насыпание курганов над погребением прекращается. Места погребения превращаются в обыкновенные христианские кладбища. В крупных населенных пунктах возводятся деревянные культовые христианские сооружения – церкви, часовни. Появляются церковные религиозные книги (Библия, Евангелие, Жития святых). Начинает распространяться грамотность.

«МАГАЗЕЙН» ГУБЕРНИИ

Какими представляли жители региона в прежние времена природные условия своей хозяйственной деятельности?

В «Военно-топографическом описании Смоленской губернии» 1818 г. при характеристике ее природных особенностей указывалось, что «в уездах, где грунт земли способствует хорошим урожаям, хлебопашество находится в лучшем виде, таков суть Краснинский, в котором грунт земли состоит из глины, смешанной с черноземом, весьма плодороден, почему и по хорошему устройству землеобрабатывания оной считается магазейном», т. е. амбаром, житницей губернии.

Рано обратили свое внимание крестьяне на связь особенностей почвенного покрова с произрастанием и урожаями возделываемых ими зерновых культур, на зависимость урожаев хлебов от удобрения почвы. Первым массовым источником, отразившим взгляд на почвы, природные условия края в целом в таком ключе, явились Экономические примечания к планам  Генерального межевания земель конца XVIII в.

Почти повсеместно почва здешних поместий считалась «иловатой», «иловатой с глиной», «глинистой», «глинистой с песком», требующей «достаточного удабривания», а основными сочетаниями наиболее урожайных культур являлись «рожь и овес», «рожь, овес, ячмень». Эти сочетания дополняли пшеница, и гречиха. В поместье (в документе «дача») Монастырщина (тогда в комплексе сельца и местечка)  «грунт земли иловатый, а частью песчаный» и «из посеянного на нем хлеба лучше родятся рожь и овес, а прочие семена и сенные покосы средственны».

В сельце Городок И.А. Потемкина, что в составе нынешнего совхоза «Соболевский», «земля иловатая, без довольного всякий год удабривания к плодородию не весьма способна. Из посеянного на ней хлеба лучше родятся рожь, пшеница, ячмень, а другие семена хуже…», а в сельце Мочулово премьер-майора Б.А. Салова, земля которого располагалась в недальнем расстоянии от поместья Городок, при том же качестве земли «лучше родятся рожь, овес, ячмень, горох, а греча а другие посредственно».

Для поместья села Максимовское деревнями Юрошки, Кожино, Чепелево, Гавриленка кн. С.В. Друцкой-Соколинской, где земля оценивалась как «иловатая с песком», наиболее урожайными» с удабриванием» являлись рожь, овес, ячмень и пшеница, а в поместье Тонковидово – ныне деревня совхоза «Стегримовский» - только рожь и овес.

В имении Викторово кн. лейб-гвардии поручика А.С. Друцкого-Соколинского на той же «иловой земле» при достаточном удобрении лучше родились рожь, овес, горох и греча. Рожь, овес и гречиха были наиболее урожайными и в селе Самсонах с сельцом Михайловым М. А. Энгельгардта. Нередким являлось выделение наиболее урожайной культурой  пшеницы. В сельце Мощиново кн. М.Д. Друцкой-Соколинской – «земля иловая с песком, к плодородию с удобрением не весьма способна (?), родятся пшеница, овес лучше, а прочие семена посредственны».

В оценке плодородия сельца Демьянково В.В. Брежинского и Д.С. Гнедуша урожайной названа рожь, «а греча, пшеница, ячмень и другие семена средственны», а вот в поместье Романовское кн. В.И. Друцкого-Соколинского (ныне его поселение входит в совхоз «Скреплево») перечень урожайных культур весьма широкий – рожь, овес, ячмень, горох, пшеница и греча. Почти совпадает  с ним и перечень наиболее урожайных культур близко расположенного села Соболево, где в нем рожь, пшеница, ячмень, гречиха и горох.

Поместье Носково В.И. Друцкого-Соколинского к лучшим по плодородию отнесло рожь, овес, ячмень, горох и гречу, а его же поместье Бурхово – рожь, овес, пшеницу и гречу.

Этот или близкий к нему перечень наиболее урожайных культур характерен и для более южных поместий. В сельце Внуково С.Е. Аршеневского их перечень включает в свой состав рожь, пшеницу, горох и гречу, в Доброселье помещиков М.С. и Г.С. Шипневских – рожь, овес, ячмень, пшеницу, в Мигновичах коллегии экономии – те же культуры и горох.

В поместьях, входивших в Мстиславльский уезд Могилевской губернии  при оценке почв примерно те же подходы, но все же заметны и местные их особенности. Вот местечко Кадино графа Д.Л. Потея, в его земельных угодьях «грунт земли глинистый с песком и без удабривания к плодородию не совсем способен. Из посеянного на нем хлеба лучше родятся рожь и овес, а прочие семена и сенные покосы средственны». В сельце Рай А.А. Жуковской «земля иловая с глиной». Поместье Колесники В.И. Чаплица оценило свою землю как «иловую с песком», на которой лучше родятся рожь, овес и греча.

Важно подчеркнуть, что уже современники и межовые чиновники для их Краснинского уезда заметили завоевание пшеницей и гречихой важного места в севооборотах, внимание к ним в регионе как к товарным культурам во многих поместьях.

Речная сеть, растительность и животный мир просматриваются в разрезе каждого поместья. При описании рек обращено внимание на их глубину и ширину в самое жаркое время года, на их хозяйственное значение: отмечены в частности,  все мельницы, указана их мощность (число жерновов), приносимый годовой доход. Кроме рек и естественных озер, отмечены  искуственные водоемы-пруды, отмечено их хозяйственное значение – разведение в них рыбы.

В поместье Максимовское кн. С.В. Друцкой-Соколинской на реке Упокой трехпоставная мельница, в селе Романовское с сельцами Гладышево и Михайлово и с 11-ю деревнями кн. В.И. Друцкого-Соколинского две мельницы – одно- и двупоставная. Двупоставная мельница с сукновальней. В его же поместье Носково мельницы с двумя и тремя поставами и сукновальня, в Каблукове Азанчевских было две водяных (с одним и двумя поставами) и ветряная (с одним поставом) мельницы. В сельце Раевка камергера двора польского К.Ф. Комара двупоставная мельница приносила доход 40 рублей в год. В поместье отмечен пруд с рыбой. В сельце Рай А.А. Жуковской доход двух однопоставных мельниц составлял 80 рублей в год. В поместье Шишково на речке Крупчанке А. Сурина мельница с тремя жерновами и сукновальня с тремя пестами довали доход в 200 рублей в год. Пятидесятирублевый доход  приносила однопоставая мельница в поместье Колесники В.И. Чаплица на речке Городенке в Мстиславльском  уезде, а 80-ти рублевый – однопоставная на речке Вельне поместья Любавичи А.Ю. Глебовича.

Площади, занимаемые лесом в том или ином поместье, выражены раздельно, с указанием: строевой или дровяной лес, указан его возраст, величина деревьев в отрубе.

Из внимания межевой конторы и их чиновников не выпали архитектурно-парковые комплексы, созданные в помещичьих имениях под влиянием садово-паркового искусства стран Западной Европы распланированных парков и садов.

Посадка дикорастущих и плодовых деревьев, кустарников и цветов практиковались в здешнем крае испокон веков. С XVIII века помещики, побывавшие за границей, стали сочетать посадки дикорастущих деревьев с насаждением плодовых деревьев и кустарников, а сами посадки подвергать планировке. Практиковались два вида садов: регулярные и ландшафтные, каждый из которых имел свои особенности.

Регулярные сады (парки) создавались в голландско-французском или геометрическом стиле, разбивались аллеями под прямым углом, иногда по диагонали или радиально. Ландшафтные (пейзажные), создававшиеся в английском стиле, имели в своей основе естественный ландшафт местности. Группы деревьев или кустарников («куртины») чередовались в них с открытыми полянами, хорошо освещенными лужайками. Непременными элементами как регулярных, так и ландшафтных (иррегулярных) парков являлись плодовые сады и водоемы. При отсутствии естественных водоемов сооружались копаные пруды. Во время Генерального межевания земель в регионе были отмечены регулярные сады-парки в сельце Михайлово поместья Самсоны секунд-майора Михаила Андреевича Энгельгардта, в сельце Смоляничи артиллерии майора Петра Алексеевича Ермолова и его совладельцев, в сельце Перепечино Елены Васильевны Пенской, в селе Рай Анны Андреевны Жуковской и в местечке Кадино Александра-Альбрехта Леонардовича Патея. Уделено внимание фауне и флоре: названы млекопитающие и птицы, обитавшие в лесах и кустарниковых зарослях.

В описании природных условий Монастырщины Михаила Кузьмича Голынского сказано: «… дача же простирается речки Железник на правой, а речки Монастырщины на левой, оной же речки и ручья безымянного по обеим сторонам. Те речки в летнее жаркое время – Железняк глубиною аршин, шириною три сажени; рыба в ней – верезубы, щуки и разного рода мелкая, которая употребляется для крестьянского обиходу. Вода людям и скоту здорова. А речка Монастырщизна и ручей совсем пересыхают. Лес растет дровяной – березовый осиновый, ореховый и ольховый. В нем набегом бывают звери: зайцы, белки и волки. Птицы: скворцы, соловьи, синицы, овсянки и совы; при водах – дикие утки и бекасы; в полях – сороки, вороны, галки, воробьи, перепела, жаворонки и грачи…»

Современный почвенный покров региона отличается пестротой. В нем преобладают дерново-слабо- и средне-подзолистые (в представлении наших предков – иловые) почвы. По долинам рек они сменяются дерново-подзолисто-глеевыми. По подсчетам проф. Д.И. Погуляева, в 70-х гг. дерново-подзолистые почвы Монастырщинского района занимали 76880 га (73,49%). Приурочены они к хорошо дренированным повышенным элементам рельефа и пологим склонам с глубоким залеганием грунтовых вод.

Почвообразующими породами являются в регионе лессовидные суглинки (63,8%), моренные суглинки и супеси (16,8%), покровные лессовидные суглинки, подстилаемые на глубине 55 – 58 см. суглинистой мореной или песком, реже на глубине 39 – 61 см. – 15% - супесями. Около 90% дерново-подзолистых почв было занято пашнями.

Развиваясь в условиях промывного водного режима, дерново-подзолистые почвы характеризуются повышенной кислотностью, низким содержанием гумуса, сильной выщелоченностью, мало содержат питания для растений, но обладают высокой отзывчивостью на внесение органических и минеральных удобрений. Очень рано была подмечена крестьянами необходимость «повсегоднего удабривания» почвы навозом, а сейчас – навозом и торфокомпостами. В колхозах «Восход», им. Калинина, им. Ленина, «40 лет Октября», «Красный поселок», «Правда», в совхозах «Носково», «Доброселье», «Степной» преобладают дерново-среднеподзолистые почвы, в совхозах «Кадинский», «Майский», «Скреплево» и некоторых других хозяйствах значительные площади занимают дерново-подзолистые оглеенные почвы, требующие осушения. Пойменные и болотные почвы в хозяйствах района встречаются сравнительно редко и занимают небольшие площади. В колхозе «Волна» и в совхозах «Носково», «Стегримовский», «Скреплево» под пашней есть и бурые лесные почвы, в колхозах «Красный поселок» и им. Калинина, в совхозах «Доброселье», «Любавичский», «Южный», «Каблуковский» часть посевов размещается на песчаных и супесчаных почвах, считающихся хуже суглинистых почв.

Под естественные сенокосы и пастбища чаще всего используются участки земли, для которых характерна большая или меньшая увлажненность почвы и прежде всего дерновые, дерновые оглеенные, дерновые пойменные. Дерновые развиты в речных долинах, на днищах лощин, на склонах балок и оврагов под травянистой растительностью. Дерновые и дерново-глеевые почвы содержат 3 – 7% гумуса. В колхозах «Волна», «Красный Октябрь, им. Ленина, «Правда», совхозах «Кадинский, «Степной», «Любавичский» большая часть кормовых угодий располагается на дерново-подзолистых почвах, в колхозе «Восход», совхозах «Доброселье», «Майский», «Каблуковский», «Стегримовский», «Скреплево» - на почвах дерновых, пойменных и болотных. Пойменные почвы в колхозах им. Кирова, им. Калинина занимают свыше 200 га в каждом, в совхозах «Носково», «Степной», «Майский» - занимают свыше 600 га. По территории этих хозяйств протекает Вихра или другие более или менее значительные реки. Болотные почвы занимают значительные площади (от 200 до 300 га и больше) в таких хозяйствах, как колхозы «Красный поселок», им. Ленина, совхозы «Каблуковский», «Стегримовский».

По бонитету, то есть производительной способности, к первому, самому высокому классу, отнесены почти 77 тыс. га (37,3%) подвергавшихся бонитировке почв, а к десятому – самому низкому – только 0,1%. Из отдельных хозяйств наиболее высокий удельный вес почв первого класса, т.е. наилучших для всех возделываемых культур – дерновые, дерново-корбонатные, легко- и среднесуглинистые на лесовидных и морене имеют совхоз «Носково», колхозы «40 лет Октября» и им. Ленина. Почвы десятого класса отмечены в отделениях совхозов «Кадинский», «Стегримовский».

 По географическому положению и климатическим условиям в Монастырщинском регионе должны бы преобладать елово-широколиственные или иначе - елово-дубовые леса. И такой лес был здесь не так давно. Но к настоящему времени все наиболее ценные породы в нем вырублены и уступили место мелколиственным – березе, осине, серой ольхе; лишь на дренированных (сухих) местах сохраняется ель. Примесь широколиственных пород (дуб, липа, ясень, клен, вяз) в современных лесах незначительна. Сейчас там, где когда-то были сплошные леса, можно наблюдать небольшие участки леса, чередующиеся с полями, луговинами, заболоченными низинами, нередко торфоболотами. Сравнительно много порослевых лесов в виде березовых рощ, выросших на месте пахотных земель, уничтоженных деревень или образовавшихся в результате выборочной рубки деревьев. По площади лесов Монастырщинский район занимает одно из последних мест в области. Его лесистость составляет 7,4% общей площади.

В землях колхозов и совхозов леса занимают немногим  более 4600 га. Наиболее значительные лесные массивы имеют колхоз «40 лет Октября» - 666 га и совхоз «Соболевский» - 717 га, самые незначительные – колхоз им. Калинина – 41 га, совхоз «Вымпел» - 53 га. В последние годы развернулась работа по посадке леса.

Свыше 13700 га занимают кустарники. Это составляет 9,6% площади района. Особенно закустаренными являются заболоченные поймы рек. Свыше тысячи гектаров кустарников имеют колхоз «40 лет Октября», совхозы «Любавичский», и «Соболевский» каждый. Сравнительно небольшие площади кустарников имеют колхозы им. Советов – 83 га, «Правда» - 131 га, «Маяк» - 152 га.

Из регулярных парков, существовавших в XVIII – начале XIX в., не сохранился ни один, даже в близкой к первоначальному устройству – планировке. Но хорошо прослеживается планировка старого парка по поросли старых деревьев в Кадине. Парки у средней школы в Монастырщине, в Носкове, Раевке, Соболеве, Ново-Михайлове, Васильеве представляют собой насаждения паркового характера, но более позднего времени.

Парк у средней школы в Монастырщине, на месте усадебных строений помещика Голынского, в основной своей части состоит из посадок середины 1940-х годов, произведенных по инициативе автора настоящего очерка, являвшегося тогда директором этой школы. В нем свыше 600 берез и 400 лип 50-летнего возраста. Старых лип и кленов сравнительно немного.

Сохранившиеся в больших числах посадки старых деревьев – лип, кленов однолистных, ясеней обыкновенных и др. в Носкове, Васильеве, Соболеве и других местах были сделаны без планировки в духе садово-паркового искусства, но могут быть благоустроены, реконструированы и стать местами культурного отдыха тружеников современного села.

 Парк на левом пологом склоне берега речки Щелбни в Носкове, недалеко от ее впадения в Руфу, площадью около 7 га, судя по сохранившимся могучим дубам, липам и кленам, в конце XVIII – начале XIX в. формировался как регулярный парк. И сейчас часть парка занята плодовым садом. Из 1467 общего числа деревьев, учтенных в начале 1970-х годов, старых было 333 (дубов – 47, лип – 61, кленов – 149, ясеней – 55, берез – 21). Совсем молодые деревца, представлявшие собой подрост, но сейчас уже зрелые деревья, тогда не учитывались. От здания школы к памятнику погибших во время Великой Отечественной войны солдат и офицеров-земляков оформлена липово-кленовая аллея.

Размещенный на склоне правого берега Вихры парк в Соболеве был заложен, видимо, помещиком А.Н. Поповым во второй половине XIX или в начале XX в. Парковая зона со всех сторон окаймлена узкой лентой старых дубов, лип, ясеней, ив. Сейчас здесь из 935 деревьев 800 старых (120 дубов, 175 лип, 45 кленов, 195 ив). Из старых экзотических деревьев можно отметить 5 старых лиственниц и 3 кедра. Реликтовым является дуб с охватом в 4,92 м, с кроной в диаметре до 25 метров и высотой свыше 20 м.

На территории бывшей парковой зоны сохранились отдельные аллеи из лип, елей, берез. Прослеживаются куртины старых деревьев. Молодые деревья, главным образом березы, местами образуют небольшие рощицы, куртины.

Овраг и проезжая дорога от бывшего моста у существовавшей ранее мельницы делит старую парковую зону на южную и северную части, северная часть более чем наполовину занята плодовым садом, существующим, вероятно с момента закладки парка. В Южной части сохранились отдельные строения бывших женской учительской гимназии и педучилища, в северной домик Н.В. Шелгунова.

На правом берегу речки Городня при ее впадении в Вихру, в 2 км  выше села Татарск, сохранились следы парка на месте бывшего сельца  Петрополье. Из учтенных 71 дерева, 41 – старое (23 дуба, 15 лип), более молодые – клены (30 деревьев). Из старых деревьев выделяется один дуб с охватом в 5 м, но сильно поврежденный дуплом и костром.

На правобережье речки Княжицы, по склонам двух оврагов и межовражью, на площади 10 га расположился парк с фруктовым садом сельца Раевка. Из 623 старых деревьев 467 вековых дубов,71 липа, 58 берез. Вся парковая зона вне пределов плодового сада изобилует древесной порослью и кустарниками.

На площади в 1,2 га заметны следы старого парка в Ново-Михайловском. Сейчас учтено около 600 деревьев, в том числе только 27 старых лип. Молодые деревья представлены мелколистной липой – 400 деревьев, ясенем – 16, тополем – 57, березой – 65 деревьев.

По рассказам старожилов, до Великой Отечественной войны в селе Кадино можно было хорошо определить планировку старого регулярного парка. Тогда еще сохранилось до 120 старых дубов, лип, кленов, елей. Деревья росли в виде куртин. В куртине из елей были видны дорожки. В настоящее время в парке подсчитано всего 21 старое дерево: 4 дуба, 14 лип, 3 клена. У здания школы разрослась молодая березовая роща с аллеей (185 берез и осин).

 На склоне невысокой надпойменной террасы левого берега речки Дельни в бывшем сельце Васильеве, которое почти сто лет находилось во владении рода выдающегося деятеля декабристского движения П.И. Пестеля, и сейчас заметна планировка парка ХIХ в. По воспоминанию сторожила Парфирия Васильевича Войтова, еще в довоенное время можно было определить пять старых аллей (две дубовые и три липовые) и расположившиеся  между ними куртины. Речка Дельна была запружена, и рядом с парком, ближе к пруду, размещался плодовый сад. Долгое время сохранялся господский дом и другие строения Пестелей. Еще до Великой Отечественной войны они частью были перевезены в другие места, частью сгорели во время фашистской оккупации. Видовой состав деревьев современнлого парка не тот, что был раньше. П.В. Войтов не помнит, чтобы раньше было так много ясеней. Не помнит он и вязов, которые сейчас образуют небольшую аллею. В современном парке подсчитано более  900 деревьев – 324 ясеня, 125 лип, 78 кленов, 182 березы, 48 вязов, 40 деревьев ольхи и только 9 дубов. В пойме Дельни, где раньше был пруд с искусственно созданным островком с беседкой, которая была излюбленным местом отдыха П.И. Пестеля, сохранились остатки островка с площадью 21х35 м., сейчас на ней растут 48 лип, 4 березы, 3 вяза и 1 дуб.

В деревне Мощиново на правом берегу впадающей в Вихру речки Безымянной на площади около гектара сохранились следы парка помещика Компасевича. Сейчас из 73 деревьев старых еще 66 – одни липы. Ближе к реке густо растут ивы.

Планировку старого парка в бывшем сельце Городок можно проследить по отдельным сохранившимся деревьям и прикорневой поросли вырубленных лип.

Заслуживает всяческой поддержки предложение школьной и другой общественности о реконструкции уже имеющихся и создании новых парков во всех сельских поселениях района.

ТОПОНИМИЧЕСКИЕ ЗАГАДКИ

 Когда реки, деревни, села, урочища, которые составлют нашу среду, получили свои названия? Что они означают и как они менялись во времени?

Исчерпывающий ответ на эти вопрсы может быть получен только в результате специального топонимического изучения региона. Но уже сейчас многие топонимы можно объяснить, отдельные топонимические загадки раскрыть или высказать по ним рабочие гипотезы.

Обратимся к первой такой загадке. Что означает название Монастырщина?

В краеведческом словаре «Смоленская область» сказано, что «свое название Монастырщина получила, как полагают, от появившегося здесь на рубеже XIII – XIV вв. монастырского скита», что «К концу XIV в. в том месте, где р. Вихра, тогда достаточно полноводная, круто поворачивает на з (апад), были основаны таможня и торговая палата, возникло сравнительно крупное поселение». Кому принадлежало такое суждение, на основе каких материалов и где это сказано? – об этом книга «Смоленская область» умалчивает. Между тем Экономические примечания к планам Генерального межевания говорят о двух Монастырщинах – сельце и местечке.

Оба поселения принадлежали одному владельцу – стольнику полоцкому Михаилу Кузьмичу Голынскому. Сельцо находилось на суходоле, при колодезях. В нем был отмечен господский деревянный дом, крестьян и дворовых людей – не было, земля – 39,5 дес., в том числе 31 дес. пашни по речке Железняк и ручью Дуденскому, обрабатывалась крестьянами местечка, где в 49 дворах проживало 110 душ крестьян м. п. и 105 душ ж. п., отмечены  церковь деревянная, школа еврейская, деревянная, три торговых лавки – тоже деревянных, в которых торговали купцы-евреи разными товарами. Ни торговых палат, ни таможен не было. Сказать, чтобы поселение было очень значительным, - даже теперь, спустя 300-400 лет после названной даты – нельзя.

Запись в Экономических примечаниях определенно указывает на то, что название свое получило не от какого-то монастырского скита, а от ручья «Монарщизны» (или, как сказано ниже – «Монастырщизны»). Дословно в тексте документа говорится так: «Дача простирается речки Железняк на правой, а речки Монаршщизны (первоначально могло быть Монарки) на левой, оной же речки и ручья безымянного по обеим сторонам. Те речки в летнее жаркое время Железняк глубиною аршин, шириною – три сажени…, а речка Монастырщизна и ручей совсем пересыхают…». Непонятное слово Монарщина (Монарка) могло с течением времени получить произношение Монастырщина, особенно когда в соседстве находились земли, пожалованные монастырем. На одном из таких пожалований к юго-востоку от Монастырщины был построен (Пустынский) монастырь – ныне – Мстиславльский район (Белоруссия). Но последнее – только наша гипотеза.

Речка Железняк, протекающая по южной части обеих дач, имеет ясную этимологию, связанную с ее гидрологическими особенностями. Для ее аллювиальных отложений характерна примесь железных, охристых соединений бурых железняков. Столь же прозрачными в своем происхождении являются названия речек Рудка – приток Вельни и Глинка. Река Лютая, берущая начало близ деревни Литвиновка и впадающая в Вихру несколько выше Монастырщины, могла получить свое название от температуры воды и бурного «нрава» во время весенних разливов. Река Упокой, наоборот, могла быть названа по ее спокойному течению. Речка Молоховка, по мнению некоторых исследователей, могла отразить свою хозяйственную деятельность – связь с построенными на ней в разное время мельницами, река Ляховка (Руфа) – с этническим составом населения (лях-поляк), река Городня с размещенными на ней городищами, самая значительная река района – Вихра – с характером ее русла - бросающимися в глаза завихрениями, Вепренка – с термином вепрь (дикий кабан), который мог быть характерным диким животным прибрежных ее лесов. Название рек и речек Вельня, Бехля, Шелбия и некоторые другие требуют этимологических изысканий.

Реки играли важную роль в жизни населения, которое строило свои жилища и поселки на речных берегах и называло их по рекам. Наряду с Монастырщиной к ним относятся поселения Железняк, Лыза, Раевка, Скоблянка, Пепелевка, Халеево, Верезубы, Фролово, Крапивня, Мохначевка, и ряд других. На ручье Досуговском – притоке реки Руфы – возникло село Досугово.

Многие названия поселений отражают природные условия. Такими являются деревни Боровец в совхозе Любавичский, Осиновка (колхоз им. Калинина), Колосовка (совхоз «Волна), Логи (совхоз «Стегримовский»), Березняки, Капустино (совхоз «Соболевский»), Вепри (колхоз «Красный Октябрь»), Сосонник (совхоз «Доброселье»), Вишневка (совхоз «Степной»).

Десятки наименований сел и деревень увековечили производственную деятельность. Если трудно установить дату, когда на территории Смоленщины появилась первая домница, в которой из медной руды был получен первый кусок железа, то производство поташа, развитие «будного» производства, появление поселений с названием Буда датируется на Смоленщине точно – это XVII век, время царя Алексея Михайловича. Деревня Земцова Буда в нынешнем колхозе «Волна», деревня Буда в совхозе «Скреплево», Полевичева Буда в колхозе «Ленинский путь», деревня Лисова Буда в совхозе «Южный» - все эти памятные места предприятий по производству поташа – К2СО3 -  соли, добывавшиеся путем выщелачивания древесной золы, с последующим выпариванием щелока и прокаливания остатка. Употреблялся поташ в стекольном, кожевенном, текстильном и некоторых других производствах. В названиях некоторых деревень увековечены имена их основателей или мастеров «будного дела» Лисова, Земцова. А Поливачева – от слова поливач – одна из категорий, специализировавшихся на производстве поташа, наряду с гартниками и другими промысловиками.

Распространенным и почетным в среде крестьян было мастерство кузнецов. Славившиеся в обширных округах кузнецы увековечили память о возникших вокруг них поселениях – деревня Кузнецово в колхозе им Советов, недавно сселенное сельцо в совхозе Носково.

Значительное развитие в нашем крае получил в XVI – XVII столетиях смолокурный и дегтярный промыслы. Деревня Смолы в нынешнем совхозе «Любавичский» - памятное место, связанное с древним смолокуренным крестьянским промыслом.

 Колесники в нынешнем колхозе «Восход» всегда напоминали, и будут напоминать о развитии очень популярного лесного промысла – производстве колес.

Поселения, пользовавшиеся определенными льготами, свободами в чем-то, в определенных исторических условиях временным освобождением от барщины или оброка, земских податей или повинностей, получили название слобод. Такими поселениями и были в древности деревни Слобода в совхозах «Скреплево», «Майский», «Доброселье», колхозе «Восход».

В названиях многих поселений присутствуют собственные имена, прозвища первых поселенцев, помещиков-феодалов, крестьян, выделявшихся своей производственной или другой деятельностью. Это деревни Большие и Малые Дуравки, Путятино, Потапово, Романовское, Михайлово, Григорьево, Максимовское, Карлово, Костюшково и ряд других. Не исключена возможность, что дальнейшие специальные исследования дадут повод персонифицировать каждый из этих топонимов. Но уже и сейчас некоторые из них могут быть объяснены совершенно определенно.

Владельцем деревни Большие Дуравки назван в 1691 г. Дмитрий Дуров. Его потомки отмечены совладельцами Больших Дуравок и в материалах Генерального межевания. Хорошо известен был на Смоленщине род Путято, и он мог иметь отношеие к деревне Путятино нынешнего совхоза «Носково».

Во время Смоленской войны 1632-1634 годов в массовом движении под предводительством Ивана Балаша «был с шишами полковником» крестьянин Колесниковской волости Якима Потапов. В середине XVII в. он выступил предводителем нового массового народного выступления. Предположительно можно высказать мысль, что деревня Потапово увековечила имя этого выдающегося крестьянского вожака.

Конкретное событие могло дать повод названию села Петрополье. В излучине рек Вихры и Городни, вблизи места сражения на Малой переправе Городни между Мигновичами и Кадино 8 сентября 1708 г., располагались подразделения русских войск, преграждавших путь Карлу XII к Вихре. Впоследствии место расположения руских войск могло ассоциироваться с понятием «Поле Петра I», а возникшее впоследствии поселение получить название Петрополье. Автор очерка зафиксировал по преданиям и топоним урочище Шведы в ареале территории, охваченной сражением русских войск с армией Карла XII на реке Городня, ввел его в краеведческую литературу.

Не можем оставить без внимания толкование топонима сельца Васильево. В 1165 г. в связи с появлением на Смоленщине уделов смоленский князь Ростислав Мстиславич, получив великокняжеский престол в Киеве, отдал своему племяннику Роману, внуку Вячеслава, города Васильев и Красень (Красный). В 1 км юго-западнее деревни, на левом берегу речки Дельни, расположено городище размером всего 22х15 м, и его культурный слой не содержит остатков древнерусского периода, что не позволяет отнести Васильево к поселениям городского типа. Доцент Н.Н. Усачев в пояснительных примечаниях к своей статье «Материалы и применения к исторической карте «Смоленское княжество XII-XIV вв.» указал: «Васильево – на правом берегу реки Вихры, в 3 км от  нынешней деревни Васильево на территории теперешнего села Городок». Но и здесь городище с площадью 35х28 м никаких признаков городского поселения не имеет. Местоположение древнего города Васильева остается загадкой, что касается деревни Васильево, то она в литовское время выполняла роль порубежного  форпоста польско-литовских феодалов, коль Якимко Потапов ходил с шишами в Смоленском уезде на острожки в Прудках, Черепове, Федорове, Прилепове, Васильеве.

Важное познавательное значение в границах региона имеют названия, в корне которых лежат политические процессы прошлого. Большой болью отозвалось в жизни народов России монголо-татарское нашествие. В прямую связь с ним можно поставить название села Кадино – по древнетатарской терминологии – судья. Это специфическое название могло быть дано только поселению, где разместилась резиденция кади. Другое дело – топоним села Татарск. Попытка поставить его в прямую связь с монголо-татарским игом оказалось несостоятельной. В девятом томе настольной и дорожной книги полного географического описания «Россия» под редакцией П. Семенова, изданной в 1905 г., было сказано, что «по местному преданию, Татарск получил свое название от происходившего здесь некогда сражения с татарами». Но публикация историком Г.Н. Анпилоговым книги «Новые документы о России конца XVI-XVII в.» дала  основание однозначно сказать, что Татарск был связан только с крымскими татарами, приглашенными на службу польского короля, разместившего их как вооруженную силу в своих уже существовавших тогда или вновь создаваемых форпостах на русско-польской границе. Один из отрядов литовских людей, вторгшихся в пределы порубежных деревень Михайловского, Максимовского и Иванова станов, были «татарове» из деревни (стана) Татарск. В документах названы даже имена, прозвища этих «татарове». Знать своих врагов поименно было, наверное, делом нелегким, но все же крестьяне порубежных деревень установили их. Отсюда борьба порубежных крестьян с «татарове» была не абстрактной, а предметной

© Муниципальное бюджетное учреждение культуры «Монастырщинское межпоселенческое централизованное библиотечное объединение», 2017

Web-canape — создание сайтов и продвижение

Яндекс.Метрика

Главная | RSS лента

216130, Смоленская обл., п.Монастырщина, ул.Советская д.16
8 (48148) 4-20-20
mcbo60@yandex.ru